aif.ru counter
231

Память войны: вологжанин 20 лет собирал по крупицам солдатские воспоминания

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 19 06/05/2015

Вспомнить все

- Константин Николаевич, как появилась идея собрать под одной обложкой воспоминания о начале этой самой страшной для нашего народа войны?
- После Великой Отечественной войны было много мемуаров, написанных в основном военачальниками. В них они пытались осмыслить произошедшее, многие из них стали задаваться вопросами - все ли лучшим образом было сделано, анализировались ошибки. Все это подрывало авторитет советских полководцев, расшатывало дисциплину в армии и флоте. Оскорбленный такой ревизией победы, маршал Георгий Жуков
посетовал: «Учились бы воевать, а не мемуары писать». Так что скоро мемуары с критическим взглядом на те события оказалось просто невозможно напечатать. Тогда стало понятно, что целые куски истории могут исчезнуть. И я стал собирать о войне все, что мне попадалось на глаза. А позднее я собрал воспоминания
своих земляков, участников войны. Цитаты из собранных материалов и составили книгу «Как начиналась война».

С утра воюем...

- Как для вас самого началась война? Для ваших родных?
- Мне было тогда 11 лет. 22 июня 1941 года играли свадьбу моей сестры в родной деревне Дедово, в 10 километрах от станции Харовской – сейчас это город Харовск. Гуляние было в самом разгаре, когда со стороны станции пришла женщина - вымыла ноги в ручье, надела сапоги, вошла в деревню, подошла к гуляющим и сказала: «У вас тут праздник вовсю. А ведь с утра война с немцами идет!» И сразу же в деревню пошли повестки... У нас в семье было шестеро братьев, из них подошли по возрасту для призыва трое. На фронте всех их ждала разная судьба. Один служил в кавалерии. Убило лошадь,
и он, раненый, попал в плен. По приказу Сталина все, побывавшие в плену, считались предателями. Поэтому он прошел все круги ада. Выжил, но этот факт биографии сильно повлиял на его послевоенную
жизнь. Второй брат, Анатолий, служил сапером. Его ранило, оторвало пальцы. Он оказался в блокадном Ленинграде. По «дороге жизни» его в канун нового 1942 года вывезли на Большую землю. По железной дороге отправили в тыл. Домой его, еле живого, со станции привезли на санках... Третий мой брат, Владимир, был призван 17-летним, прошел от Москвы до Берлина. В мае 1945 года был в Берлине,
из наблюдательного пункта, устроенного на крыше семиэтажного дома, координировал работу артиллерии. Видел, как на ладони, штурм Рейхстага. Одним из первых советских солдат побывал в ставке Гитлера. После войны остался на военной службе, преподавал в военном училище.

Ветераны писали, что видели героику войны только в кино, а жизнь в окопах была тяжелой и скучной. Фото: РИА Новости/ Анатолий Гаранин

Не мог не спросить

- Как вам удалось собрать столько воспоминаний земляков?
- У меня были адреса воевавших, по почте я и направил им письма с вопросами - всего примерно 300 запросов написал. Стали приходить ответы. Были, конечно, и отписки, кому-то не передали письма. Но
пришли письма и из Харовска, Мурманска, из Ленинграда, других городов. Все было не так гладко:
руководитель одной из районных ветеранских организаций был возмущен моей самодеятельностью, вопрошал: «Кто разрешил?». Были и такие вопросы: «Почему среди вопросов к доблестным защитникам
Отечества есть такой, оскорбляющий их достоинство, про «муки плена»? В плену побывало очень
много советских воинов, мой брат среди них, и потому как я мог не задать этот вопрос? Я приезжал в
район, пытался объясниться с ветеранским начальством, но, к сожалению, безуспешно. И все-таки в 1995 году книга вышла. Потом уже меня и благодарили за сделанный труд, и приглашали выступать. Книга попала в библиотеки. Она есть даже в русской библиотеке в г. Ницце (Франция) - в этом городе много русских, там интересуются нашей историей. А когда я приезжал, например, в санаторий, и окружающие узнавали, что я автор документальной книги о войне, со мной искали знакомства, чтобы рассказать о
том, как воевали или они сами, или их родственники, просили написать. Книга была очень востребована - был год 50-летия Великой Победы. Уже тогда казалось, что все, что можно собрать, все записано. Ветераны что-то не помнили, что-то привыкли не рассказывать, многих уже просто не было в живых. Большинство
видело только маленькую толику войны, не представляя, что было вокруг. А мне из множества воспоминаний хотелось получить общую картину.
- Что интересного было в письмах?
- Все было интересным. Например, один фронтовик сделал вот такое признание: «Вообще-то бой описать нельзя. По-настоящему я видел войну только в кино». У солдат в памяти осталось много бытового, потому что они действительно видели главным образом будни, не представляя ни общей картины войны, ни
замыслов военачальников. «За две зимы не ночевал даже в сарае. За два года фронта мылся только два раза в полевой бане». Есть и такое воспоминание: «Эшелон, в котором следовали на фронт, попал под бомбежку, и весь эшелон был пленен».
- В вашу книгу включены и воспоминания маршалов, генералов, адмиралов. Нет лишь генералиссимуса - Сталина.
- Может, здесь есть своеволие составителя книги, но на торжественном приеме по поводу победы над фашистской Германией Сталин произнес тост, в котором благодарил русский народ за терпение и доверие. И, кажется, это было все, чем отблагодарил он русский народ за Победу.

Досье

Константин Николаевич СМИРНОВ родился в 1930 году в деревне Дедово, (ныне Харовский район) Вологодской области. Работал главным судьей Вологодского областного арбитражного суда. В 1995 году выпустил книгу «Как начиналась война», которую до этого много лет собирал по воспоминаниям земляков. Живет в Вологде.

Смотрите также:

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно


Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах